Баннер
 
   
 
     
 
 

Наши лидеры

 

TOP комментаторов

  • Владимир Константинович
    246 ( +281 )
  • Олег Русаков
    74 ( +74 )
  • slivshin
    49 ( +107 )
  • shadow
    29 ( --9 )
  • gen
    28 ( +41 )
  • sovin1
    28 ( +41 )
  • ArtIrina
    17 ( +11 )
  • Макс мартини
    13 ( +26 )
  • santehlit
    11 ( +1 )
  • Соломон Ягодкин
    9 ( 0 )

( Голосов: 3 )
Avatar
Смерть
10.01.2013 12:23
Автор: Алина Навротски

 

Смерть

       Смерть была рядом с ним. Но это его не пугало. Ведь он держал ее в своих руках.

   Да, он киллер. И не стесняется этого. Он давно ничего не стесняется. И ему от этого жутко хорошо.

     Прошли те времена, когда он стеснялся. И ему не хочется о них больше говорить. И мы не будем. Те, кто идет рядом с ним – приговорили хором шестеро человек, облаченные в некое подобие ряс. И подняли свои рюмки.

   Пить кровь было довольно противно. Но он это делал. Хотя и не слишком – то хотел. Но только так можно избавиться от позора. Нет. Не нужно о нем вспоминать.

   Он искупает его. Искупает кровью. Кровью тех, похожие на которых, в этом позоре учувствовали. И ему за это еще платят.

   Оружие, - «Форд», «Форд – оружие» - какая связь между ними. Он ее как -то почти физически чувствовал. Почти понимал. Не понимая до поры до времени. И лучше бы не понимал вообще. Никогда.

   Ему нравится эта машина. В ней есть нечто добротное, американское. Когда же он туда попадет?

   Он ехал по шоссе. Навстречу неслась какая – то модная тачка. Дерьмо. Впрочем, она кажется еще и бабская. Он бы убил всех баб, садящихся за руль, если бы ему за это заплатили.

   Безголовые дуры. Садятся за руль, а сами путают тормоза с газом. Боже упаси, если они откроют капот и будут рыться в бедолаге. Нет. Убить их! Убрать к черту! Даже не за деньги. Просто так из принципа.

   Он даже знает, как это сделать. Это не так уже и сложно. Надо просто попросить дьявола. За свою душу. Он пока не вступал с ним в договор. Только связь установил. Он еще не знал чего, ему просить. Денег ему хватало, баб тоже. Ему хотелось чего – то неординарного. Он хотел попросить, чтобы исчезли все черномазые. Но потом передумал. Пусть живут. Ведь если их не будет, их Братству не с кем будет бороться. А в войне он видел смысл жизни.

   Но когда он увидел вдали эту нелепую тачку, решение пришло сразу.

- Хочу, чтобы все бабы за рулем сдохли, - сказал он. - Все.

- За душу, - прокрался чей – то голос.

- Да, за душу.

   Он спокойненько проехал бы мимо этого уродства. Но оно вдруг выехало на встречную. Черт! Черт!

Да что это такое! Нет! За рулем баба! Проклятая баба! Он ее видел! Да это дочка их бывшего пастора. Которого он грохнул неделю назад. И отомстил наконец, за свои по…

   Форд. Форд. У него был такой же. Это что? Что? Он едет на машине священника, на машине попа? Он, продавшийся дьяволу? Эта девка летит к нему навстречу. С какой – то злобной рожей. Прознала про папашу? Решила отомстить? Он испугался. Он боялся и раньше. Но не хотел этого признавать.

 

***

В тот день в церкви собралось много народа. Была свадьба. Это было лет двадцать назад. Он был совсем молод тогда. А эта, эта, наверное, вообще была девчонкой.

   Он был слишком молод. И ему нравилась одна девчонка. Ему нравилась эта чертова невеста. Он не знает, что на него нашло.

Он вроде как взбесился. Подбежал к ней прямо в церкви и стал к ней приставать. На него кричали и показывали пальцами. И тогда он снял штаны.

   Все рассмеялись. Не возмущались, не оскорбились. А просто рассмеялись. Потому, что на нем было женское белье.

Пастор выпроводил его из церкви, и напоследок, посоветовал успокоиться и вести себя, как мужчина. Вот он и ведет. До сих пор.

 

***

   На кой черт он одел эти трусы? Кажется, с кем – то поспорил. А потом вспомнил о свадьбе и помчался ее останавливать. Что на него нашло?

 

***

 

Они столкнулись. Он и эта девка. Ем устало очень хреново. Кажется сломал позвоночник. Кажется, сознание отключилось. Когда он проснулся, то понял что мертв. Ибо лежал он в могиле. Он пролежал неделю, прежде чем смог вырваться. Он – зомби. Ни живой, мертвый. Но он может думать и видеть. Это связь. Кровная связь. Когда то он думал, что дело – в ней.

   Он вырвался. И обрадовался. Все теперь, он свободен. Он словно демон. И смерть над ним не властна. Все сбылось. Как и обещано.

   Он не мог ни с кем говорить. Его не слышали. Есть и пить он тоже не мог. И в глазах постоянно был какой – то туман. Но он мог передвигаться. И пугать. Он чувствовал, как те, к кому он приближался, бледнели и нервничали. Ему это нравилось. Он чувствовал себя демоном. Где –то с неделю он таскался по городу, пугал народ и с любопытством проникал в чужие дома и наблюдал за их жизнью. Ему нравилось пугать их на унитазе и во время секса.

   Через неделю это занятие ему надоело. Он вроде как устал. Он захотел отдохнуть. Поспать, наконец. Отключиться. Его сознание и сейчас было словно в тумане.

Пора остановиться, - подумал он. Он хотел это сделать. Но не смог. Но не смог остановиться. Ему нужно было постоянно двигаться. Он когда – то слышал, что грешные души блуждают по земле. Теперь он понял, что это такое.

   Вначале он не слишком расстроился. А возвращаться в могилу и лежать как овощ, таки не хотелось. Но не так явственно.

Он блуждал еще с неделю, теперь уже никого не пугая. Он хотел подчинить себя самого. И если не остановиться, то хотя бы немного упорядочить свое движение. Ведь он сам не понимал, куда идет. Его вроде бы что – то толкало. Против его воли.

   Через неделю блуждание превратилось в пытку. Он понял, что оно хоть и беспорядочно, но имеет определенный маршрут. И он понял, что этими маршрутами он пользовался при жизни.

   Он ходил по этим осточертевшим дорогам, заходил в одни и те же дома, глядел на эти рожи. Он уже мечтал о своей могиле. Но маршрут туда предусмотрен не был.

   И так теперь будет всегда. Вечность.

Но он не сможет. Он не сможет вечно терпеть это. Это невозможно. Рано или поздно, он не выдержит и….

Он летел вдоль трассы. Он видит аварию. За рулем была женщина. И она теперь мертва.

   И вдруг ему стало хорошо. И он вновь почувствовал себя свободным. Но через несколько часов все вернулось.

   Он вспомнил. За что продался. И в этот момент в его голове туман как бы рассеялся. Лучше бы этого не было.

   Он видит все, как и раньше. Как и раньше. Как будто он и не умирал. Но он умер.

   Все это дерьмо ему до жути знакомо. И все это осточертело. Но теперь он видит его как раньше. Когда был живым. Но теперь он мертв.

   Когда в глазах был туман, он чувствовал некий кайф. Он чувствовал себя духом. Призраком, демоном. И ему от этого тумана было как – то спокойно. Но теперь нет.

   Он чувствовал себя просто воздухом. Которого нет. Но он есть. Он видел все это надоевшее дерьмо. Но уже явственно. Двигался раза в два быстрее. Он очень устал. Нет, он не выдержит.

     Он видит эту аварию. Еще одна сучка. Ему стало хорошо. Он даже засмеялся. Действует… Действует. Он опять думает о своем договоре. Все бабы. Все до единой. Он что будет здесь, пока они все не передохнут?

- Ты сам так захотел, - сказал кто – то рядом с ним.

Он оборачивается. Пастор. Но он же мертв. Правда и он тоже. Он даже обрадовался. Есть с кем поговорить. Но пастор сурово на него взглянув, удалился. Зря он его убил. И зачем? Ведь он не смеялся как прочие? Надо было грохнуть ту дрянь, что строила ему глазки. И вертела задницей перед другим. Надо ее грохнуть.

   Его горло что – то сдавило. Убить, убить эту суку. Нечто непонятное хватает его и тащит по улицам с немыслимой силой. Убить. Убить. Убить ее. Зло. Оно его раздирает. И оно его влечет. И ему от этого весьма хреново. Он пытается замедлить свое движение, но не может. Он рывком уклоняется, и пролетает сквозь машину. За рулем баба. Она чувствует его и стонет. Она чувствует жуткий страх. Она отпускает руль и закрывает лицо.

   Ему удалось остановиться. Еще одна авария. Хорошо. Может, следует ускорить процесс.

   Недели две он занимался тем, что пугал женщин за рулем. Но их было слишком много. Он устал.

   Он чуть не ревел от досады. Вот придурок. Нашел что попросить. Чтобы бабы сдохли. Да черт бы с ними! Рано или поздно сами бы вляпались. Без его души. Нет, это нужно остановить. Но как?

 

***

 

   Ему удалось. Правда, пришлось потрудиться. Потрудиться, чтобы упорядочить свое движение. И немного отклониться от курса.

   Он каждый раз пролетал мимо церкви. И думал о своем позоре. Но сегодня он решил зайти в не. И немного припугнуть своей нечистой силой. Он видел здесь и тех, кто над ним тогда смеялся. Но не вышло. Он не смог войти. И не потому, что испугался. Он боялся пастора. Но он, наверное, уже ушел. Везет ему. Он испугался заходить, ибо увидел ее. Свою бабу. С тем козлом. Они опять были там. И ему вновь захотелось ее убить. И он испугался этого чувства. Ведь его снова будет трепать. Как тогда. Нет. Отсюда надо уходить. Хотя. Тогда ему удалось. Ненадолго оторваться от круга. Когда он был злым. Но надо все просчитать. И сильно не злиться. Немного. Чтобы не так трепало. И он знает, куда ему лететь.

   Вышло. Он сумел оторваться от круга и зашел в квартиру одного из «братьев». Хотя. Какие они на хрен братья? Придурки, что нашли себе геморрой на задницу!

Он видел того. Дрыхнет голый на кровати. Ж – й вверх. Ничего, сейчас мы ее поджарим. Не ему одному так мучатся.

   Он крадется к нему. Надо действовать быстрее. Пока злость кипит. Потом его опять затянет. В тот чертов круиз по городу.

   Он крадется к нему и бросается сверху. Тот орет и просыпается. Он кажется, был пьян? Ничего сейчас протрезвеешь!

   Но как сказать? Ведь его не слышат? И он не может двигать предметами. Он всего лишь дух и может лишь пугать. Только пугать. Но надо попробовать. Надо. И он шепчет.

- Слушай, слушай.

- Чего? – в испуге орет тот. – Какого тебе? Какого надо?

Он слышит. Да, он слышит. Надо говорить шепотом. Шепот доходит. А может все это из – за связи?

- Я сдох, – шепчет он. – В аварии.

- Знаю, так же перепугано шепчет он. - Видел.

- Дерьмо! – шипит призрак. – Нас развели.

- Как?

- Мы связаны вместе. И души тоже! Я не могу сдохнуть и жить не могу! Я как овощ лежал в могиле пока не…

   Он не договорил. Он слишком расслабился. Его сорвало с места и понесло. На прежний маршрут. Проклятье. Ведь он не сделал главного – не убедил этого голого педика грохнуть остальных. Тогда связь может прерваться. И он сдохнет. По настоящему.

   Он кажется фармацевт. Имеет дело с ядами. Он бы их всех грохнул. А потом призрак грохнул бы его самого. Когда тот был за рулем. У него есть опыт киллера и в потустороннем мире.

   Но надо пробовать. Надо. Он вспомнил свою бабу. Злился и уклонялся от маршрута. И летел к своему «брату». И наблюдал за ним.

Кажется тот и так допер. Он начал убирать «братков» и несколько баб тоже. Да черт с ним! Быть может они вскоре освободятся.

   Они сдохли. Наконец, сдохли. Все до единого. Кроме одного. Этого жирного урода. Тот что – то весел. Весьма весел. Радуется жизни. А они должны париться? И он тоже?

 

     Ну сука погоди! Он вспоминал свою бабу. Но разозлиться почему – то не вышло. Он не знал, что она мертва…

   Он видит этого жирного урода. Тот веселый идет по улице. Сука! Да! Злоба закипает в нем. Как тогда, когда он думал о своей суке! И он бросается. Бросается на него, когда тот сидит за рулем. Все вышло. Этот вроде тоже сдох. Но что это? Ничего не изменилось. Но ведь сдохли все… он точно в этом уверен. Он уверен. Он видел их смерть. Кроме одного…

   Он кое – что упустил из виду. Того, с кем заключал договор. Ему жутко все осточертело. И он готов грохнуть кого угодно, чтобы все это дерьмо прекратить. Хоть Бога, хоть черта ему все равно! Но сейчас ему нужен чертов дьявол? Как его убивать он не имел представления! А может он такой, как они? Но его надо найти. И разобраться со всем этим дерьмом. Похоже, этот козел или кто он там, их неплохо разводит.

***

Он не нашел его. Он не знал, как тот выглядит. И ему сейчас было не до этого.

   Те пятеро. Через некоторое время они повылазили из могилы и стали шататься по окрестностям. И не только они. Многие. Много мертвецов летало по городу, так же как и он. Они так же как и он страдали, пугали прохожих и рвались от злости.

   Их было много. Их было очень много.

   Они не разговаривали друг с другом. Они жутко друг друга боялись.

   Он тоже боялся. А вдруг те прознают, что он велел их уложить? Или надоумил?

   Он видел толстого. Тот тоже прятался, кажется про него знали. Но чего бояться? Ведь они же мертвы! Им ничего не станется!

Но не тут то было.

   Они нашли его. Те несколько «братков». И они были очень злы. Злы на него. Вначале он ухмылялся. Хотите меня убить? Валяйте! Но они схватили его. Все четверо. Или трое. Тот сопляк полетел, в какой - то сортир. Хотя духам то и не обязательно.

   Они были очень злы. Они подхватили его и потащили за собой. И в этот момент они были злее его. И сильнее. И они долго таскали его. Он здорово разозлился. И его стало трепать с жуткой силой. Так продолжалось несколько часов.

   Так было не только с ним. Но с другими тоже.

   И он тоже так делал. Когда становился злым и его сильно трепало. Он с кем – то хватал, того кто в тот момент был по спокойнее. А потом могли потрепать и его.

   Было бы неплохо спрятаться. Но от маршрута нельзя уклониться.

Здесь были и бабы. Много баб. И те, коих он убивал тоже. Трепать их было вообще здорово.  

   Вскоре появилось еще одно удовольствие – баб можно было не только трепать. Но и трахать. И удовольствие было настоящее. Вскоре все охотились только за ними.

***

Как – то раз они с несколькими, хорошо разозлившись, подстерегли одну телочку. Она бегала голая по парку. А в глазах было какое – то пустое выражение. Кажется, она еще не поняла где находиться.

     Они подлетели к ней. И схватили. И начали делать свое дело. Она раскрыла глаза по новой. И увидела их. Их было много. И они были голые. Да, все мертвецы были голые. Кроме пастора. Но он – священник, а не киллер.

   Она кричала, она дико кричала. А они веселились. Веселились по очереди. Они долго делали это. Очень долго. И взяли ее с собой.

   Она была очень хороша. Даже дохлая. Даже с синяками на шее и лице. У нее была отличная фигура. И с ней так хорошо трахаться.

   Они взяли ее с собой. И делали это с ней. Там где им хотелось. Она тянула их как магнитом. Они уже не совладали собой.

   Но… они больше не двигались по маршруту. Они сидели рядом с ней и трахались, трахались, трахались. Многие из призраков делали тоже самое со своими бабами. Баб было таки меньше, чем мужиков. Эти суки живут дольше. Но ничего - они воздавались им сторицей.

   Но вот появилась одна. Хотя нет две. Эти были одеты. И к ним было страшно приближаться. Они шли и смотрели на них. И улыбались. Они были вполне довольны, тем, что мертвы. И что видят их. Они как будто смеялись над ними. Они не ходили по маршруту. Они ходили, где хотели. И вскоре ушли. А они остались.

   Он испытывал странное чувство. Как будто он уже не существует как личность. Как будто растворяется в чем то. Но в чем? Он уже не летал и не был с бабами. Он ходил, где хотел, и его уже так не трепало. Он был свободен. И даже мог уйти из города. Но он уже не хотел. Ему уже ничего не хотелось. Не хотелось даже лечь и уснуть, как ранее. Иногда, ему казалось, что он исчезает. Но даже это его не пугало.

     Он испытывал какое – то странное чувство. Как будто все то, что он пережил, будучи призраком, уже было. Но где? Как? И когда? Этого он не понимает? До поры до времени.

   Но вот среди душ он приметил одну девку. И он ее узнал. Это та сука, что отправила его на тот свет. И впервые за много недель, он вновь разозлился. Он бросился к ней, чтобы схватить и мучить, но… вдруг остановился. Мир вокруг словно застыл. И он застыл в этом мире. И он видит эту девку и ничего не может сделать. Как будто он герой фильма, и кто – то нажал на стоп.

Это длилось несколько мгновений. Затем мир стал разрушаться. Или он сам? Но мир исчезает. И девка тоже. И он видит себя совсем в ином месте.

   Он кричит. Он кричит от ужаса. От того, что он увидел. Он видит себя. Свое лицо. Свою голову. На чужом теле. На чужом, уродованном теле. На теле животного. И его голова кривится от боли. Нет, связь не прервалась! Не прервалась! Он бежит. Бежит прочь! Но это еще не все! Страх, дикий страх сжимает его. И он видит тот город, в котором блуждал по маршруту. Но это другой город. В каком – то ином мире. Что за черт! Он видит, что город окутан, каким – то туманом. А в верху сквозь него что – то виднеется. И это что – то на него смотрит. И это что – то везде. И от него ни как не скрыться. Он мечется среди домов, в городе окутанном туманом. Но оно не отпускает.

   И тогда он в отчаянье выбегает и орет. Он пытается в страхе бороться с Тем…

   На мгновенье туман в верху рассеивается. И открывается небо. Хотя. Его здесь нет! Огромная масса какого – то темного материала. Похожего на лед. И этот жуткий потолок тянется на сотни миль. Сквозь клубы тумана.

   Он дико закричал. И закрыв глаза, упал на землю. Хотя. Была ли это земля?

   Когда он очнулся вновь, то сразу ничего не понял. Но вскоре до него дошло, что он лежит в коляске. И на его заднице какая то тряпка. И пищит он детским голосом. Нет, нет! Это лицо его мамаши. И папаша рядом. Нет! Только не это!

     Он в своем детском теле. И он беспомощен, как младенец. Ведь он и есть младенец. Да, он кажется, обделался. Тьфу. Как это противно! Нет. Нет. Он мокрый и вонючий.

   Как в детстве. Но тогда он этого не понимал. И ему было все равно. Но все – таки что – то изменилось. Что – то не так. Не так, как тогда.

   Он лежал в дерьме до самого дома. И здесь его не спешили переодевать. Нет, что – то не так.

- Пока не сдохнут все бабы за рулем, - рядом с ним. Кто – то смеется. И он видит его. И понимает, что с ним заключили договор. И он видит еще кое – что. Что это человек. Не демон, не дух. Это человек. И он его хорошо знает.

 Значит. Его можно убить. Весьма можно. И разорвать чертову связь. Нужно только подрасти. Черт. Столько ждать. Сколько ждать! Какого черта он такой маленький! Но зато поспать можно спокойно. И он заснул!

Когда он проснулся, то хотел вспомнить. Он думал и думал, о том, что забыл. Но у него не выходило. Он вновь был младенцем. Вскоре он перестал думать. И стал просто жить. Он много спал. И хорошо ел. Ему нравилось.

   Он рос. Он уже вообще ничего не помнит. Хотя. Временами ему казалось, что здесь он уже проходил. Хотя этого еще не было в этой жизни. И он иногда думал, что все это странно. Но это быстро проходило.

   Он подрос. Его подружка становилась жутко хороша.

   Он вырос. Его девушка выходит замуж. За другого.

   Он поспорил на бутылку пива, что наденет женские трусы. И он совсем забыл их снять.

   Они ржали над ним. Они весело над ним ржали. Он закрыв глаза выбежал вон из церкви. Один.

Пастора здесь не было…

Обновлено 10.01.2013 21:25
 

Чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться или войти под своим аккаунтом.

Регистрация /Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 2277 гостей и 2 пользователей онлайн

Личные достижения

  У Вас 0 баллов
0 баллов

Поиск по сайту

Активные авторы

Пользователь
Очки
13419
6002
4055
3709
2901
2612
2101
1867
1634
1518

Комментарии

 
 
Design by reise-buero-augsburg.de & go-windows.de